301470, Тульская область,
г. Плавск, ул. Октябрьская, д. 4
+7 (48752) 2-25-97
+7-953-198-17-61
15.04.2022 14:30:00

Известный советский бренд часов в России возродил англичанин

Дэвид его возродил, и сейчас последнюю серию часов «Ракета» испытывают на МКС. Парящие в невесомости часы созданы на заводе в Петродворце, основанном Петром I.

Дэвид – англичанин из Новой Зеландии с русскими корнями. Завод за три века чего только не выпускал: и звезды для башен Кремля, и плиты для Мавзолея. В 1961 г. в честь Юрия Гагарина создали серию часов «Ракета».

В 1980-х предприятие было в числе столпов часовой промышленности СССР. Затем, как многие бренды той эпохи, почти умерло. Дэвид его возродил, и сейчас последнюю серию часов «Ракета» испытывают на МКС.

Дэвид, немало ваших коллег убежали из России из-за санкций. А вы не собираетесь?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Бежать? Да сейчас самое время для работы. Здесь очень большой потенциал. Я себя хорошо чувствую в России и намерен сделать самый известный русский бренд в мире.

Посольство не давит: уезжай давай?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Еще как давит. Но вопрос, уезжать или нет, не стоит. У нас рост продаж! Мы же так долго убеждали, что русские часы ничем не хуже швейцарских. Оригинальный механизм, дизайн, да просто интересные. Также важно сохранить компанию, которой 300 лет. Понимаете, если у вас есть деньги, вы всегда купите в Швейцарии станки. Но мастеров вы нигде не купите. Если традиции утратить, то - на веки вечные. Потому мы и не закрываемся. Да, сейчас сложно. Но сложности – это стимул работать еще лучше.

Сейчас самое время не бежать из России, а как раз здесь работать.

Ваша семья того же мнения?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: У меня четверо детей, и мои дети больше русские, чем иностранцы. Те, кто сейчас учатся во Франции, пишут, что хотят вернуться в Россию. Дочь сегодня мне так и написала. Хотя ее профессор изумился: ты с ума сошла? Но это не мой, а ее выбор.

Я вам больше скажу: на наших часах написано «Ракета» и «Сделано в России». Мне говорят: ты с ума сошел? Только из-за слова «Россия» могут закрыть аккаунт в соцсетях. Была мысль заменить на более нейтральное, на английском языке. Скажем, «мануфактурные часы». Но весь коллектив, художники, дизайнеры пришли ко мне и сказали: не делай этого! Это предательство. Мы 10 лет пропагандируем российское.

Для меня это был очень сильный эмоциональный момент. И я оставил все, как было.

А комплектующие – из-за рубежа?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: В наших часах 200 деталей. Из них мы производим 95%. Наша философия: все для производства закупать в России. Пока не можем здесь приобрести достойное сапфировое стекло. Но сейчас решаем и этот вопрос.

Когда-то давно был соблазн устроить бизнес, как у других: покупать в Китае недорогие механизмы и продавать их под своим брендом. Так было бы прибыльнее.

Кстати, большинство швейцарских часов состоит из китайских комплектующих. Но в итоге решили сохранить завод, это душа проекта.

У нас не сборка из чужих комплектующих, а самое настоящее полноценное производство.

Да, очень сложный путь. Но в перспективе это хоть и более тяжело, но более правильно.

Когда в прошлом году премьер Мишустин создал оргкомитет для празднования юбилея завода, то я удивился: почему? Мне объяснили: дело в истории.

Есть история Российской империи, СССР и т.д. А наш завод совмещает все периоды. Мы как символ.

Говорят, у вас станки не с числовым управлением, а старые советские.

Дэвид Хендерсон-Стюарт: И они прекрасно работают. Очень надежные, как и все советское. При должном уходе еще лет 100 проработают.

Старые мастера не умеют работать на станках с ЧПУ. Даже швейцарцы говорят: вау! У нас часовых дел мастера – программисты, они лишь пишут коды для станков. А у вас – мастера. Ручная гравировка ценится выше лазерной.

Где берете кадры?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Да, сначала это было проблемой, мастера пожилые. Смогли привлечь молодежь, произошел обмен опытом.

Чтобы стать хорошим, скажем, декатажником (часовой мастер на сборке часов. - Прим. ред.), надо шесть лет.

Мы создали школу часовщиков, пожилые у нас в качестве наставников.

В дизайне современных часов обязательно сохраняем традиции и решения советских дизайнеров. На циферблате вместо «12» у нас всегда «0», Big zero. Как символ отсчета времени.

Ностальгия по СССР?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Никакой ностальгии. Но своей историей надо гордиться.

Идеи-то отличные: например, дополнить циферблат большим кругом – символом Солнца. Есть серия с отсылом в дизайне к русскому авангарду: такие часы очень понравились Эмиру Кустурице.

Сказал нам: я их буду рекламировать. Замечу, что мы в отличие от Omega, которая платит 3 млн долларов Дж. Клуни за рекламу, или от Breitling, который продвигает Брэд Питт, не платим знаменитостям. Наши амбассадоры – командир подводной лодки, космонавт, полярники станции «Восток» в Антарктиде. Брэд Питт никак не связан с часами, которые продвигает. В то время как наши амбассадоры реально причастны к часам. Которые – история России. И они это делают по убеждению, бесплатно.

Модель часов для полета в космос разработана под контролем космонавта Сергея Крикалева.

У нас есть часы со стрелками, которые идут в обратном направлении. Идея из СССР: нашли в заводском архиве. И мы решили: ну очень ведь круто, ни у кого в мире такого нет. Запустили в производство. Честно говоря, я думал, что покупать будут мало, в основном будет интересно журналистам.

А оказалось?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Оказалось, что они самые продаваемые. Люди покупают часы не для того, чтобы узнать время. Часы – это эмоции. Я спрашивал старых мастеров: откуда идея часов с обратным ходом? Они говорят: обрати внимание, все планеты вокруг Солнца вращаются не по часовой стрелке, а против нее. Это самое естественное для космоса движение. И они придумали часы, где время находится в гармонии с нашей Солнечной системой.

Или вот: на циферблате часов для подводников – 24 часа, т.к. экипажу на глубине надо как-то отделять ночь ото дня. Корпус этих часов из металла настоящей подводной лодки: К-328 «Леопард» класса «»Акула». В дизайне и концепции часов участвовал первый командир «Леопарда».

Их покупают моряки?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Нет, все ценители часов «с историей». Больше всего покупателей – в США. Им нравятся часы, которые сделаны из русской подводной лодки.

И даже люди, которые не любят Россию, все равно хотят иметь такие часы. Это не вопрос политики. Мир часов не имеет границ, он притягивает.

У нас есть еще модель из ступени космической ракеты-носителя «Союз», ремень – из материала скафандра «Сокол».

Русский космос – он же очень крутой: это первый спутник, Юрий Гагарин...

Где больше покупают?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: До событий на Украине 65% продавали в России, 35% – за границей. Но за границей наши часы дороже.

Часы, которые в России можно купить за 70-100 тыс. рублей, в Лондоне и в Париже стоят от 1,4 тыс. евро.

Вас подделывают?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Нет, это невозможно, механизм уникальный.

Кстати, Дэвид, вы ведь граф?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Я – нет. Дедушка – да. Мой отец – сэр. В Англии титул передается по наследству, от отца к сыну.

Когда моего отца не станет, я тоже буду сэр. А после моей смерти старший сын станет сэром, а его жена – леди.

Но, знаете, для меня это мало что значит. Важно, что ты делаешь и как живешь, достоинство не в титулах, оно – в поступках.

Как думаете, наши внуки будут носить на руках часы?

Дэвид Хендерсон-Стюарт: Думаю – да. Настоящие часы – это не смартфон, который завтра устареет. Их ты можешь передать детям. В нашем мире, наполненном фейками, обманом и мыльными пузырями, человек начинает ценить все настоящее, сделанное мастером, имеющее историю. 

По материалам Российской газеты

Известный советский бренд часов в России возродил англичанин

Возврат к списку

Написать в редакцию